Привезли ко мне в Пермь на перекладных Орден Велимира "Крест поэта". Не от властей - они, слава Богу, до этого додуматься не могут, а - от поэтов древнерусского города Великие Луки. Я, как ныне выражаются, никакой промы (то бишь промыва мозгов) из этого не делал - сообщил двум-трём друзьям и только. Похожий на старообрядца сибирский классик Сергей Кузнечихин проворчал из Красноярска в телефонную трубку строчками Михаила Кульчицкого: "Не до ордена. Была бы Родина с ежедневными Бородино". Я с Кульчицким и Кузнечихиным спорить не стал. Оба - на "ку".
И вдруг приходит в Пермь из Иерусалима письмо. И не просто - из Иерусалима, а - от имени Иерусалимского отделения Союза писателей Израиля. Мол, "поздравляю Вас с заслуженной наградой - орденом Хлебникова. Поднимаю бокал с шампанским и возгласом "Лехаим!" за вас, Юрий Беликов…" И подпись - Евгений Минин, председатель.
На всякий случай я позвонил известному академику критических наук, псковичу, а по совместительству - переводчику с русского на иврит и обратно, Валентину Курбатову и спросил, что означает "Лехаим!"? "За жизнь!" - ответил Курбатов. "Узнаю тебя жизнь, принимаю…", - присоединился к Курбатову Блок. Ладно.
Я тоже узнал, что Евгений Минин, до того как стать председателем, жил на Псковщине и в Белоруссии, даже был начальником цеха на Витебском заводе часовых изделий. А потом уж выпустил две поэтических книги, начал печататься в израильских, европейских, американских и российских журналах, издавать альманах "Иерусалимские голоса".
Приходит новое письмо. Минин сообщал, что готовится к изданию книга его пародий (ныне она уже подоспела к читателю) на весь высший свет российской поэзии. И не только российской. И далее: мол, "хотелось бы видеть в том числе и вас. Не против ли вы???" Каков, оказывается Козьма! Интересно: он что, у "всего высшего света" разрешения спрашивал: "Не против ли???" Или - только у меня, у пермяка? Я-то ведь никогда не причислял себя "к высшему свету", а посему это предложение меня весьма позабавило, и ваш покорный слуга взорвался экспромтом:
ПИСЬМО ВНОВЬ ОПОЛЧИВШЕМУСЯ ГРАЖДАНИНУ МИНИНУ ИЗ ПЕРМИ В ИЕРУСАЛИМ Я думал: Минин - он из Нижнего? А он - из Иерусалима. Ему легко обидеть ближнего - хер положить на херувима. С ним дружат вервие и лезвие, и пот его недаром пролит - на самозванцев от поэзии он ополчение готовит. Не зря, видать, уехал за море, чтобы оттуда, из-за моря, через четыре века заново себя почувствовать Козьмою?.. И мне, что шёл к пермяцким идолам от Богородицы Пречистой: "Давай, - сказал, - к московским выдолбам я заодно тебя причислю?.." Мне не по бублику - в ту рубрику: средь самозванцев - в самозванцы? Я срать хотел на эту публику, поскольку все они - засранцы. Но если всё же Минин выставит меня, как вепря в бакалее, я пушкой быть хочу, что выстрелит и пепел по ветру развеет.В ответ - по электронной почте - прилетел экспромт. ИЗ ИЕРУСАЛИМА В ПЕРМЬ ОТ ГРАЖДАНИНА МИНИНА РОССИЯНИНУ БЕЛИКОВУ Напишет - думал - толику, Коль занят он, поелику, А он мне сделал колику - Ну, погоди же, Беликов! Наследства нету царского, Но с мордою упрямою Я даже без Пожарского Могу всадить по самое… Попасть ко мне не хочется? Не стану я помехою, Но все от смеха корчатся, Признайтесь-ка: от смеха ли? Пишу с улыбкой гордою - Отлично мне поэтому - Я - с неразбитой мордою Столичными поэтами. Стихи читаю новые, Где строки поразительны: На вахте Иванова я - Поэты - будьте бдительны!
Не всякий Минин знаком с Ивановым. Хоть и работает по его вахтовому методу. Вот и витебско-иерусалимскому Минину лично с Александром Ивановым встречаться не довелось. "Иванов - хороший пародист, - сделал приписку Евгений, - но он не был просто поэтом. Мне кажется, это как-то сужало границы его пародийного поля. И у него не было возможностей инета. Я же практически слежу за русской поэзией по всему миру…" Минин давал понять: вы имеете дело с САМИМ СМОТРЯЩИМ ЗА ВСЕЙ РУССКОЙ ПОЭЗИЕЙ! И, дабы мы не приняли это открытие за сотрясание словес, прислал целый свод своих пародий, в котором зацементировал и меня.
Но с Мининым я еще разберусь. Я Минину не Пожарский.
Юрий Беликов
МОЙ ПАМЯТНИК
Мне не нравится будущий памятник мне…
Евг. Евтушенко
Да, капризные нынче поэты пошли,
Всё имеют - и деньги и славу,
Не стоит монумент на просторах земли,
А уже он ему не по нраву.
Прежде были скромнее - я знаю из книг,
Сочиняли в поместьях беспечно,
Даже Пушкин был барин, а сам всё воздвиг -
Оттого-то и вышло - навечно.
НЕИЗБЕЖНОЕ
Ербол в России больше, чем поэт…
Ербол Жумагулов
Поэт в России меньше, чем ербол.
Читали, как я жгу сердца глаголом?!!
Я думаю, и Бродский был ерболом
За письменный усаживаясь стол.
И многие за мною по пятам
Идут, ерболизируя идею
поэзии.
И этим я владею.
И всем её на блюдечке подам!
Пусть ёжится литературный свет -
Поверьте, это трезвая оценка,
Ербол в России больше, чем поэт,
Но меньше, чем Евгений Евтушенко.
ОТВЕТ МАКЕДОНСКОГО МОЛОКОСОСА
Я прошёл от заката снегов до заноса
По следам македонского молокососа,
Евгений Рейн
О, поэт,
до тебя по годам не дорос,
Но уж если сказал,
что я - молокосос,
То тогда и Москва -
небольшое село,
Где количество хат бесконечно мало,
Океаны-моря -
небольшие пруды,
Да и Рейн - не река вовсе -
струйка воды.
СЕКРЕТ ВЫЖИВАНИЯ
Помпеи пеплом нетленным
Накрыла Везувия лапа.
Спаслась статуэтка Приапа
С отполированным членом.
Кирилл Ковальджи
Учиться нам у Приапа,
Чтоб выжить таким макаром,
Вот был мужичок - не шляпа,
Не тратил времени даром.
И в те времена лихие
Он дамским был суперменом.
Везувия встретил стихию
С отполированным членом.
Учитесь, мужи, у Приапа,
С его к выживанью сноровкой,
Да здравствуют - ночи без храпа -
Займемся друзья полировкой!
ОНА СТОНАЛА ШЕПОТОМ!
Он повторял чуть слышно: "Т-ш-ш-ш…",
И гостья шёпотом стонала.
Константин Ваншенкин
Поэты все - такой народ
Нас ждать не заставляют долго,
Такой закрутят оборот,
Что дух захватит от восторга.
Но этих строк мне не понять,
В одном ряду - могу сказать я -
Уменье шепотом стонать -
Как непорочное зачатье!
О ВЕЩЕМ ОЛЕГЕ
И я из поколенья зачатых непорочно…
……………………………………………
…уезжаю сразу с Трех вокзалов.
Олег Хлебников
Я признаюсь - не спешите срочно,
Разносить по белу свету слух,
Я - Олег - зачат был непорочно,
Я - Олег - отец, и сын, и дух.
Не нужны мне храмы или залы,
В лике не хочу иконостас,
Но умею сразу с трех вокзалов
Уезжать в три города зараз.
Это классно быть таким поэтом,
Вроде - человек, но - триедин!
Правда, я не знаю, как с билетом -
Три мне покупать, или один?
УЧИ ЭНТОМОЛОГИЮ, ПОЭТ!
Но, словно залетевшую осу,
испуганно и холодно убила.
…………………………………...
что, может быть, - пчелу, а не осу
в своем слепом отчаянье убила?!
Римма Казакова
С его проблемой - быть или не быть,
смешон мне Гамлет, тут своих - навалом.
Пришлось осу мне как-то раз убить,
не помню чем - газетой ли, журналом -
а завтра - обо мне в газетах скуп,
для папарацци нет желанней дичи,
как я осы рассматриваю труп,
пытаясь от пчелы найти отличье.
И мне не подойти теперь к столу,
прошу не делать скидку за заслуги -
Оса - злодейка,
бог с ней,
а пчелу
Возможно, ждут на пасеке подруги.
Не вынести разлада тяжкий груз,
Задавлена печалью, как лавиной!
Прощай родной писательский союз,
Я ухожу в милицию с повинной.
ДЕЛО В МЫШКЕ
О, файлы удалённые в корзине
меняющего кожу бытия…
Юрий Беликов
Я объясню - зачем тянуть резину,
Терзать недоумением народ,
Что файла удаление в корзину
Практически - компьютерный аборт.
В такие игры с Музою играю,
Талант гублю бездарно, на корню!
Я файлы гениальные - стираю,
А барахло десятки лет храню.
И абы что потом вставляю в книжку,
Аж самому не хочется читать!
Друзья - поэты!
Отнимите мышку,
А иначе великим мне не стать!
АЙ ДА МУЗА!
…ходил с расцарапанной мордой
по милости музы моей.
Геннадий Русаков
Поэты, меня вы поймёте,
Нет в творчестве темы новей,
Поскольку не ногти, а когти
На пальцах у музы моей.
И если я балуюсь фразой,
Её раздевая во сне,
То муза, не думая, сразу
Когтями навыпуск - по мне.
Но стих получается гордый,
В нем боль и страданья теперь.
А с неисцарапанной мордой,
Ты так не напишешь, поверь!
ГДЕ ПРЯЧЕТСЯ СМЕРТЬ
О смерти думать с уваженьем. Не без дрожи.
Она - внутри, она у каждого своя.
Юнна Мориц
Я, прочитав, так испугался - Боже -
И, чуя в организме смертный тлен,
Бегом к врачу помчался, не без дрожи,
Чтоб направленье выдал на рентген!
А врач сказал: Послушай, стихотворец!
Я полагаю - это всё фигня!
Наверно, начитался Юнны Мориц -
Ты - пятый за сегодня у меня.
А если страх познанья гонит в шею,
Так выслушай без дрожи на лице -
В мужчине смерть вся там, где у Кощея,
Не в зайце и не в утке, а в яйце!
О, Г Л О Р И Я
Что-то глаз и ухо дразнит,
мелко-мелко мельтеша:
дескать, глория сик транзит, -
и давай кряхтеть душа.
Анатолий Найман
Я хочу признаться ныне,
Что де факто с давних пор,
Вдруг прорезался к латыни
У меня большой амор.
Сам себе я крикнул: "Браво!".
Сам в большой словарь полез,
Думал - будут, деньги, слава.
И машина - мерседес.
Как перпетуум, как мобиль
Всё писал, забросив секс,
Я рассчитывал на Нобель,
Оказалось - дура лекс!
А хотелось так, чтоб дали,
За латынь и дать могли,
Но они сказали: "Вале!",
Что по-русски - отвали!
Вот и всё - не вышел праздник.
На душе - печаль и грусть.
В общем, глория сик транзит!
Ну их на фиг!
Ну и пусть!
А.С.П. не ДСП
…сам А.С.П. там В. любил.
Эдуард Хвиловский
Мне сон приснился - на бульваре
Литературы высший свет,
Сам А.С.П. там был в ударе,
И всем за так давал совет.
И, на одесском солнце парясь,
Клянусь, я видел чудеса.
Там Валя К. читал про парус,
А Саша Г. про паруса.
Там Б. читал про Беню Крика,
И Миша Ж. смешил до слёз.
И все от мала до велика
Пришли сюда, забыв привоз.
Вдруг А.С.П. бросая взоры,
С графиней В. уйдя почти,
Мне крикнул: Эй, на Хэ который,
Ты тоже что-нибудь прочти.
Ему читал я вдохновенно,
Всю душу выразил в стихе,
А он послал меня мгновенно,
Опять
на ту же букву хэ.
СОБАЧИЙ СТИХ
Уставив глаз свой семицветный,
всё различавший в тишине,
пес умудренный, семилетний,
сидел и думал обо мне.
Белла Ахмадулина
Пес семилетний, умный,
смело
уставив на меня свой зрак,
не знал, что я собаку съела
по части понимать собак.
Мужчины нынче - буки-бяки,
капризны стали все подряд.
Мне больше нравятся собаки,
за то, что на меня глядят.
Как-будто кость я из бульона,
а не известнейший поэт!
И размышляют умудренно
псы от семи и выше лет.
И это сладко, и приятно,
необъяснимо это так!
Прошу не понимать превратно,
а то - навешают собак!
СВИДЕТЕЛЬ
Луну зарезали под утро,
в шестом часу, в канун Покрова.
Как перевернутая урна,
валялось небо у парома.
Ефим Бершин
Все потрясало габаритами,
Валялось небо, как лахудра.
Кровь капала метеоритами
С луны, зарезанной под утро.
Срывало ветром крыши бешено,
И двери вырывались с петель.
Не тронула стихия Бершина,
поскольку нужен был свидетель.
ЗАМЕЧАТЕЛЬНЫЙ СОСЕД
...Я соседку удивил сегодня:
в голом виде перед ней возник!
Глеб Горбовский
Сразу заявил,
что я женатик,
Что меня не тянет с ней на секс,
Ни к чему расстёгивать халатик,
Пусть не возбуждает мой рефлекс!
Я ворвался без аксессуаров,
Не затем,
чтоб ею овладеть,
Из за этих скудных гонораров,
Стало просто нечего одеть.
ЭТО БЫЛ НАШ ПОСЛЕДНИЙ+
Я пил с Мандельштамом на Курской дуге.
Снаряды взрывались и мины.
................................................................
И к нам Пастернак по окопу скользя,
сказал, подползая на брюхе...
Александр Еременко
Мы доблесть свою показали врагу,
не делая саморекламы.
На Курской дуге поднапились в "дугу",
и я наливал Мандельштаму.
И сам Пастернак, полутрезв-полупьян,
Подполз к нам по краю оврага,
Спросив: Не хотите послушать роман
С названием: "Доктор Живаго"?!
Но я отказал Пастернаку и сам
стихи прочитал свои сдуру.
Вскочил, как ужаленный, вдруг Мандельштам:
"Уж лучше я на амбразуру!"
ЖЕСТОКИЙ РОМАНС
Устами нанесенный алыми,
Ожог засох - тавро осталось.
Ведь знаешь ты, что ритуалами
Я никогда не соблазнялась.
Марина Кудимова
С тобой не буду недотрогою,
Не бойся, милый, ничего.
Не поцелуями - ожогами
Покрою милое чело.
Да ничего с тобой не станется,
И, колокольчиком звеня,
Любовь пройдет - тавро останется,
Ты будешь в стаде у меня.
ОТПУСТИТЕ ДЕВКИ ПАРНЯ!
И видит двух раблезианских дев -
Поочередно между двух дерев,
Похожих и на юбку и на парус,
Они качаются, держась за фаллос...
Инна Лиснянская
Я на стих шикарный пялюсь,
А в строках такая страсть:
Девки держатся за фаллос,
Чтобы наземь не упасть.
Отпустите фаллос живо,
Что держать, как на цепи,
Может, парень выпил пива,
Парню хочется пи-пи.
ЗАВИСИМОСТЬ
Я пишу эти строки, лежа.
В теплом пледе. На темном ложе.
Неглиже и с кремом на роже.
Мария Степанова
Все читаю потом, итожа.
И признаюсь: - Мороз по коже.
Ужас, что сочиняется, Боже!
На кошмар мои строки похожи,
Впереди не видно ни зги.
Это надо же - крем на роже,
А влияет как на мозги!
БРОНЕЖИЛЕТ
Так много гадов на груди согрето,
То впору эту грудь прикрыть кольчугой.
Рита Бальмина
От мужиков противно мне и тошно.
О, как я их жалела в час разладов.
Но, согреваясь на груди роскошной,
Они все время превращались в гадов.
Не помню - сколько грудью обогрето,
О, нет у женской жалости предела!
Но вот одела два бронежилета,
И очередь
заметно поредела.
КОЛЕЦОВАНИЕ
Обрастаю кольцами, как дерево...
Елена Максина
Любовью переполнено сердечко.
Счастливей дамы не найдешь окрест!
Мой милый дарит каждый год колечко,
На пальцах нет уже свободных мест.
Я счастлива.
И лишь со страшной силой
В душе трепещет небольшой вопрос:
- Вот-вот еще одно подарит милый.
Куда его одеть?
Неужто в нос?
ПРИВЕРЕДЛИВЫЕ КОНИ
Когда босые по росе
Ступают кони из тумана...
Ольга Бешенковская
Я вижу луг во всей красе:
Седое небо мглой покрыто,
Вдали босые по росе
Ступают кони, сняв копыта.
Неспешно отступала тьма,
Трава блестела ядовито,
И от восторга я сама
Чуть не отбросила копыта!
СМЕРТЬ ТАКСИСТА
Отключи дурацкий счетчик,
Отключи, таксист.
. ..............................................
Сигани таксист с обрыва,
Головой вперед...
Илья Войтовецкий
Я спешил на день рожденья,
Заказал "мотор"
Сел на заднее сиденье,
И сказал в упор:
Отключи дурацкий счетчик,
Не кричи в ответ!
Ты пойми, я не налетчик,
А простой поэт.
Даром прокати поэта
Ради чувств благих!
Ну, а я тебе за это
Почитаю стих.
Я читал без перерыва!
Сделав разворот,
Сиганул таксист с обрыва,
Головой вперед.
АХ, ТРАГЕДИЯ
На пронзительной ноте прощальной,
персонажем из чеховских пьес
умереть - оттого, что прыщами
навсегда изуродован фэйс.
Феликс Чечик
Ну, зачем о себе, как о лорде,
О, звучание чеховских нот!
Ах, трагедия - прыщик на морде!!
После первой же дамы сойдет.
